. Это не оскорбление, это жизнь, это статистика. Большинство читающих эти строки и есть самые натуральные Кто-то, оказывается, отсканировал мой громадный текст из Афиши про коллекционеров винила - ну пусть здесь тоже будет
[left]
Красная палатка во дворе завода «Рубин» - сильное место. Люди, которые собирают по списку и по каталогу только The Beatles или только «кентерберийцев», меняют Sweet на Slade и Slade на Boney М, - все они здесь. Это московское общество филофонистов в том виде, в каком оно живо до сих пор. Суббота и воскресенье - сбор по утрам. Симонов, услыхав о нем, сказал только: «Ну это конченые».
Вот человек, у которого 4000 пластинок, и все - только Deep Purple: все издания, и все сольные альбомы, и сольники всех, кто играл на сольниках. Вот ходит спец по битлам: бывает ведь, молодой человек, коллекция под восемь тысяч - и только битлы. Посредине стоит экземпляр в очках: он мало что может сказать, он еле стоит, и соседи гонят его прочь, потому что он, похоже, обделался - но авоську с пластинками он держит крепко. «Старейший клиент», - полуизвиняясь, говорит нынешний президент общества.
[left]
Здесь пахнет ветхостью, алчностью и перцовкой. И еще безволием: под этим красным тентом собираются не люди, а овладевшие ими
коллекции. Любое собирательство — это, в сущности, нелепая тяга к порядку; к возможности обустроить, собрать, сохранить и описать хотя бы крохотный клочок жизни. В конце концов, Deep Purple не бесконечен, ничто не бесконечно - рано или поздно закроются все самые редкие позиции, и коллекция станет полной, идеальной, совершенной. Но полных коллекций не бывает. Можно всю жизнь собирать «Мелодию», найти редкий советский джаз, записи спившихся пианистов - и совершенно случайно узнать, что на тбилисском филиале «Мелодии» по ночам, в третью смену, за деньги писали и печатали модную музыку вроде кавер-версий на Нино Ферреру. Этих пластинок нет в официальном каталоге «Мелодии», а значит, их не существует - но они есть. Или услышать о фонотеке скромного кагэбэшника из 5-го отдела, куда присылали по 20 копий каждой (каждой!) мелодиевской пластинки - в том числе и запрещенные. Где она и что там — неизвестно.
«На самом деле никто ничего не знает, — говорит Казанцев. - Бывает конверт из одной страны, а пластинка сделана в другой. Выпущена в Голландии, написано «Made in Sweden», а сделана в Англии. Или начали печатать на одном лейбле, а допечатали на другом. Звучат по-разному, а отличаются только тем, что там какая-нибудь крохотная R стоит. Или даже не стоит. Никакой интернет тебе не поможет, ни в каких каталогах это не описано. У меня есть пластинка Донована — никто вообще понять не может, где она сделана».
Где-то в глубине Горбушки толстый человек, окруженный пластинками, почти кричит: «Ты не знаешь, что такое коллекции! Ты не знаешь, что такое раритеты! Это не коллекционеры, а пфуй! Настоящие раритеты не продают, не меняют, не показывают, о них не говорят. Настоящие коллекции не помещаются в квартиры! Их хранят — в ангарах! Их перевозят - фурами!». И мне, очевидно, их никогда не увидеть — под разговоры о лейблах, репринтах, редкостях и джазовой фонотеке Евстигнеева воображаемые фуры медленно уходят вдаль. Как мечты о спокойствии, как призрак мира, где нет ничего, кроме музыки. Как Моби Дик, которого совершенно невозможно догнать.
biiin
2007-11-22 11:13 am UTC (link)
я на днях отрыл старый винил. наверное 5 часть того что было. из армии когда пришел в 91 раздарил и пропил большую часть. звук у винила конечно другой. в принципе если его цифровать то звучит так же, но копию сделать 1:1 с винила на винил не возможно. плюс у америкосов, например, была привычка уничтожать мастера. всё выпущенное до 76 кажется года существует только на виниле.
у меня был дорз 67 года - пластинка звучала совершенно по другому. я сравнивал с cd.
а начиналось всё с приятеля который в конце 80-х втихарая продавал коллекцию папы дипломата. потом мой приятель с которым сделали первую группу приехал со стажировки из штатов. по секонд хэндам по цене 1-2 доллара он привёз всё о чём тогда могли мечтать. грэтэфул дэд, джетро тал и прочии кинг кримсоны полными комплектами. а потом шугейзы и прочие прелести. пару пластинок джизес и мэри чейн нашлись в остатках.
вот подумал что стоит начать старьё прикупать на виниле.
и по поводу мастеринга. да соверменная система мастеринга не самая приятная вещь. компрессиуют звук, частотная коррекция, m/s мастеринг. в принципе я не понимаю зачем это делать. к тому же виниловые проигрыватели в отличии от cd выдают низкоомный сигнал. для них необходимы предусилители которые сами сильно красят звук. короче много мелочей.
если ещё о масеринге говорить-раньше при производстве использовались компрессора фаирчильды, сейчас цена на них доходит до 25 000$ не все имеют возможность ими пользоваться. пользуются в основном дешовкой. винтажное оборудование для звукозаписи тоже та ещё история. все современные записи которые мне нравятся сделаны со старыми железками. мафонами могут быть и компьютеры, но всё остальное 40 летней давности. да что говорить у меня у самого пред для микрофона в 67 году перестали выпускать, а микрофон собран мастером где самая новая функциональная деталь датируется 62 годом. вот можно посмотреть на фетиши звукорежиссеров, звук у дядьки ломовой http://www.mbrauer.com/soundtowers.asp
http://mustt.livejournal.com/970716.html
Мы перестали уважать музыку...
Раньше, когда мы пользовались проигрывателями, прослушивание пластинки происходило как некий ритуал:
- Достать конверт с пластинкой из пачки. Все диски находились на какой-нибудь полке в вертикальном положении, и чтобы отыскать нужный диск требовалось некое время, когда ты перелистываешь свою коллекцию, что-то вспоминая, что-то откладывая... А конверт-то большой, его можно долго рассматривать, иногда там есть что почитать (особенно на советских пластинках зарубежных исполнителей). Все конверты имели еще один, внутренний - иногда бумажный, иногда - целлофановая обертка. Хорошо, если со скругленными краями и хрустящая - такие не сминались внутри основного картонного конверта и их приятно было брать в руки. Некоторые бумажные тонкие конвертики имели дополнительную печать - то ли тексты песен, то ли историю группы - это было особенно круто!
Установить пластинку на проигрыватель. О, это тоже надо было уметь - доставать пластинку надо было, держа за ребро, чтобы не оставлять жирных отпечатков пальцев. Это умели, естественно, не все - только Истинные Ценители Музыки))) После того, как диск установлен на резиновую подкладку, нужно было запустить двигатель проигрывателя, и черное виниловое тело начинало медленно и торжественно вращаться. Перед прослушиванием обязательно надо было пройтись по поверхности диска бархатным "удалятелем пыли" - аккуратно, от центра к краям...
Игла. Тонкое чувство пальцев помогало всегда с ювелирной точностью опускать тонарм с иглой на краешек диска (некоторые использовали специальный рычажок, помогающий сделать это более плавно, чем рукой, а у некоторый счастливцев сие действо выполнялось автоматически!). И вот - игла поймала дорожку на пластинке, и в динамиках тихо зашуршало завораживающее потрескивание. Душа замерла в ожидании первых Звуков...
А сейчас как? Втыкнул айпод в уши - и вот тебе пять тыщ песен в одном флаконе... Музыка теперь меряется мегабайтами и гигабайтами метрами и гектарами, ее везде много, она есть в телевизоре и в телефоне, в будильнике и дверном звонке, в игрушках и открытках... Мы часто уже не замечаем ее. Иногда мы не в силах избавиться от ее назойливости, да и она не часто теперь балует нас своей изысканностью и шедевральностью.
Первыми показали свое пренебрежение к музыке бобины и компакт-кассеты. Стирая то, что ты так долго любил и слушал, ты сначала испытывал муки предательства по отношению к стираемой записи. Постепенно это чувство прошло, кассеты уже валялись без коробочек, а виниловые диски заброшены и забыты...
Сейчас мы больше качаем музыку, чем слушаем. Мы забываем - где сохранили новый альбом, мы допускаем орфографические ошибки в названиях исполнителей, мы кастрируем любимые песни, чтобы сделать из них рингтон и через месяц возненавидеть эту песню навсегда.
Мы перестали уважать Музыку...
http://community.livejournal.com/komu_za_29/106744.html
Петра Трубецкого есть целая коллекция таких пластинок - оставленная ему Ириной Глебовной Глинкой на вечное хранение. И что самое главное - у него есть какой-то аппарат, могущий их озвучить. Я отправился к нему...
